23 дек 2025
Актёр признался, что оказался на грани после повторного обвинения по делу о гибели Галины Хатчинс

Актёр Алек Болдуин откровенно рассказал о тяжелейшем психологическом кризисе, с которым столкнулся после повторного предъявления уголовных обвинений в связи со смертельным инцидентом на съёмочной площадке фильма «Раст». По словам артиста, в тот период его посещали суицидальные мысли.

Признание прозвучало в подкасте Dopey: On the Dark Comedy of Drug Addiction, посвящённом теме зависимости и психологических кризисов. Болдуин отметил, что его состояние резко ухудшилось после того, как стало известно о возобновлении уголовного преследования по делу о гибели оператора Галины Хатчинс в 2021 году.

«Это сломало каждую частицу моего существа»

По словам актёра, самым болезненным для него оказалось влияние происходящего на семью.
«Больше всего я переживал за жену и детей, — признался Болдуин. — Мои дети видели, как я сижу в углу и не могу даже пошевелиться».

Он рассказал, что на протяжении почти года находился в состоянии глубокой депрессии и был вынужден ежедневно ложиться спать днём, так как не справлялся с эмоциональной и физической нагрузкой.

«Скажу так: это сломало каждую частицу моего существа — духовно, финансово, профессионально. Моя карьера, моя жена, дети, друзья, здоровье. То, что это сделало с моим здоровьем… Это отняло у меня как минимум десять лет жизни», — подчеркнул актёр.

Поддержка семьи как точка опоры

Болдуин отметил, что пережить этот период ему помогли поддержка жены Хиларии и близких, однако путь к стабилизации оказался долгим и тяжёлым. По его словам, сначала ему пришлось пройти через «очень мрачные мысли» и полное эмоциональное истощение.

Откровения актёра вызвали широкий отклик в медиа и социальных сетях, вновь привлекая внимание к психологическим последствиям затяжных судебных разбирательств и общественного давления, с которыми сталкиваются публичные фигуры.

История Болдуина стала редким примером публичного и честного разговора о психическом здоровье в Голливуде — теме, о которой, по мнению многих, по‑прежнему говорят недостаточно открыто.