Мы все как дети. Как глупые обезумевшие дети.
Бежать от переполняющих тебя счастья и любви в бурные волны, забыв, что не умеешь плавать.
Медленно вступать в морскую гладь от потерянной надежды, зная, что не умеешь плавать.
Сквозь волны пробираться, чтобы найти и спасти то, от чего отказался. И надеяться, что твое умение плавать тебя не спасет.
Два человека. Минимум диалогов. Мы ничего о них не знаем, но, мой бог, сколько же мы о них знаем!
Когда столько пережил, то даже от протянутой ласковой руки ты сжимаешься в комок, не подпуская саму жизнь. И летчик к тому же не вернулся, а она все ждет.
- Откуда ты все это знаешь?
А ему пришлось в свои 28 познать многое. Мальчик, а внутри старик.
И над всем этим белым балтийским песком, спокойным и неспокойным морем незримо висит тень войны.
Высохшие и почерневшие ветви, обветренные ящики, гильзы... он и она тоже в черном так инородны на этом пляже.
И даже ее юбка, светлая с большими карманами, из которых она как фокусник достает груши, зеркальце, нож и наверное даже рыбу, не спасает. А наоборот оставляет грустный осадок.
13 лет прошло с войны, но она так и не отпустила их.
Гул самолетов не дает до конца облегченно вздохнуть, - так и кажется, что взрывом заложит уши.
Два обломка жизни. А могли бы?
- Который час?
- Это еще время... Еще много времени.
- Что значит "это еще время"
- 5, 6, 7 лет. Прошу тебя в последний раз...
Пронзительный и щемящий. Кому не жаль 57 минут, чтобы потравить душу, посмотрите.
Фильм называют первым из польской "новой волны". Меня эти фильмы затягивают и обезоруживают, - они словно вне времени и пространства.