Шансов побывать за границей у обычного советского человека практически не было. Вырваться за занавес из инструкций, комиссий, характеристик, ограничений и запретов могли лишь счастливчики. Эйфелева башня, лондонский Биг Бен, музеи Мадрида были досягаемы лишь на открытках и в программе «Время». Заграничные командировки – всегда отдельная тема в служебной жизни человека. В СССР те, кто удостаивались подобных привилегий, проходили десятки собеседований и согласований. Причем, перед бюрократическими проверками были равны все – актеры, писатели, спортсмены, чиновники, рабочие и учителя. Не пройдешь проверку и на десятилетия получаешь ярлык «невыездной» И, тем не менее, советский зарубежный туризм развивался под благородным лозунгом укрепления дружбы между народами. Укрепляли дружбу дозировано: чаще всего посещали братские страны – Болгарию, Польшу, ГДР.Туда отправляли даже особые поезда дружбы. В ходу была поговорка: «Курица не птица, Болгария не заграница!». Здесь всё было почти советское – буквы на вывесках, понятная речь и даже лозунги – «Слава КПСС!». В тех же странах, где русских путешественников встречалось не так много, на них смотрели как на людей с другой планеты. А наши люди не только накапливали впечатления, но и не забывали о материальном. Туристы умудрялись покупать довольно «весомые» вещи. В ГДР покупали ковры, в Польше - шубы, в Чехословакии – люстры, в Финляндии - женские парики. Именно из зарубежных поездок везли книги «запрещенных авторов»: Цветаевой, Пастернака, Гумилева и Булгакова.